Наше детство прошло во дворах. Там еще были гаражи, по крышам которых можно было прыгать, деревья, на которые можно было лазить, двор горпромторга, где с девчонками играли в "магазин" и в "домика", террикон, использовавшийся в разное время года по-разному: стекляшек мусорных летом насобирать и покататься на санках и коробках зимой. Массовые выбеги за территорию назывались "казаки-разбойники", ну и в "жмурка" - это от полного безделья. Мы учили уроки недолго, из внешкольных занятий были музыкалка и кружок юных техников, бальные и прочие танцы тогда были еще не в моде, слова "репетитор" никто не знал, а в шахматном кружке, заполненным в первую неделю сентября, к 15 числу оставался один Марик.
Мы жили на улице, периодически забегая в чью-то квартиру или посылая гонца за подкреплением. Мамы мазали хлеб маслом или выдавали свежие пирожки на толпу, приказывали не лазить где ни попадя и возвращались к своим делам. Я все думаю, какое количество мобильников по прошлым временам утопло бы в лужах, вывалилось в сугробы и было забыто на бордюрах при посадке на велосипеды. Мамы контролировать нас не могли, папы вообще были на работах, поэтому как только начинало темнеть, общение с детьми перемещалось к форточкам и звучало просто:"Домой!". Тут надо было быстро проскочить мимо мамы, пряча разорванную одежду, сбитые коленки, на которых был приклеен такой же грязный лист подорожника, вспоминая по дороге сколько именно уроков еще не выучено. Летом, к счастью последний пункт вычеркивался.
И жизнь замирала до следующего дня.
Фотографий, отражающих действительность того времени, нет. Остались только парадные портреты, когда мама заставляла надеть самое противное платье с каким-нибудь рюшами и "жабо" и ходили фотографироваться в ателье на улицу Ленина.

Мы жили на улице, периодически забегая в чью-то квартиру или посылая гонца за подкреплением. Мамы мазали хлеб маслом или выдавали свежие пирожки на толпу, приказывали не лазить где ни попадя и возвращались к своим делам. Я все думаю, какое количество мобильников по прошлым временам утопло бы в лужах, вывалилось в сугробы и было забыто на бордюрах при посадке на велосипеды. Мамы контролировать нас не могли, папы вообще были на работах, поэтому как только начинало темнеть, общение с детьми перемещалось к форточкам и звучало просто:"Домой!". Тут надо было быстро проскочить мимо мамы, пряча разорванную одежду, сбитые коленки, на которых был приклеен такой же грязный лист подорожника, вспоминая по дороге сколько именно уроков еще не выучено. Летом, к счастью последний пункт вычеркивался.
И жизнь замирала до следующего дня.
Фотографий, отражающих действительность того времени, нет. Остались только парадные портреты, когда мама заставляла надеть самое противное платье с каким-нибудь рюшами и "жабо" и ходили фотографироваться в ателье на улицу Ленина.

28 comments | Leave a comment






